Итогом моих регулярных жалоб на скверное качество работы была коллективно-анонимная ябеда работников швабры и ведра на то, что кто-то когда-то видел меня без лабораторного халата и съемных бахил в лабе - вот ужас-то! Среди коллег стоял гомерический хохот. Во-первых, потому что это вранье (я слишком люблю свое здоровье, чтоб портить его реактивами, и в жизни без галош в химию не сунусь), во-вторых, потому, что эта коллективная ябеда была разослана спамерским способом по всем емэйлам нашего департамента.
Так что я в одночасье проснулась знаменитой.
Скажем, так: "стукачество" - это чисто советский термин, означающий "сдать своего - чужим". С этой точки зрения, человек, который звонит в полицию, когда видит, что гордый орел гоняет 70 км в школьной зоне, например - не стукач для меня. Я и сама позвоню. Для меня в этой ситуации полицейский - свой, а гонщик за рулем - чужой. Пусть пешком топает. Желательно подальше от того места, где дети ходят.Marmot писал(а): ситуация когда кто-то на кого-то донес-"настучал" по делу, так сказать, начальству/RCMP/CSIS/CRA, причем не потому, что работа такая, а просто из желания поддержки правил, законов и просто справедливости.
С этой же точки зрения, соседские тинейджеры, устроившие вечеринку в неположенное время, с шумом и грохотом, для меня - вполне свои, домашние балбесы. Я и сама могу с ними поговорить и попросить утихомирить буйное веселье, без полицейских.
Как-то так, примерно.
Т.е., с формальной точки зрения, профсоюзные работники на меня не настучали. Я им чужая, классовый враг на контракте. Но при этом оговорили. Только глупо и смешно оговорили. Но что с них взять - были б поумней, тоже сидели бы на контрактах...